— Как вы оцениваете потребности рынка взыскания в цифровизации?
— Цифровизация взыскания распределяется неравномерно. В банковском и коллекторском секторах — высокий уровень внедрения цифровых решений. Микрофинансирование демонстрирует меньшую цифровую зрелость, а сфера ЖКХ остается самой отстающей.
Рост себестоимости взыскания из-за ужесточения норм, повышения госпошлин и удорожания портфелей закономерно снижает маржинальность коллекторского бизнеса. Если несколько лет назад цессии покупали по 5–7% от номинала, то сегодня — 20% и выше. Производители товаров могут компенсировать издержки ростом цен, но в работе с долгами этот механизм не работает: средняя сумма долга ведь не растет.
В условиях увеличения затрат на взыскание акцент смещается с цифровизации на автоматизацию операционных процессов и интеллектуальные подходы к организации работы.
— Досудебное и постсудебное взыскание — какое из них более выгодно уводить в цифру и почему?
— Я считаю, что нельзя отделять одно от другого. Цифровизации подлежит весь цикл взыскания — от коммуникации с должником до судебного производства и взаимодействия с ФССП. Если автоматизация досудебной стадии началась в России около 20 лет назад, то активная цифровизация судебного и постсудебного взыскания приходится на последние четыре года.
Ранее электронный документооборот с приставами был доступен в основном профессиональным коллекторам через СМЭВ (систему межведомственного электронного взаимодействия). Сегодня же благодаря API Госуслуг возможность электронного взаимодействия с приставами появилась у всех категорий взыскателей.
API Госуслуг — это интерфейс, который позволяет использовать возможности портала в других приложениях. Стороннее приложение отправляет запрос на сервер портала Госуслуг, сервер обрабатывает запрос и направляет результат оказания услуги обратно. Таким образом, ваше приложение напрямую взаимодействует с Госуслугами, а пользователи получают информацию, не покидая приложение.
-
При этом цифровизация судебного и постсудебного взыскания экономически оправдана и для государства. Содержать штат персонала, печатать документы в рамках страны дорого. С января 2026 года все госорганы переходят на электронный документооборот через Госпочту — это еще один этап перевода взаимодействия с организациями в цифровую среду.
— За счет чего цифровизация помогает снижать затраты при взыскании? Есть ли сравнительные оценки по себестоимости — «руками» и в «цифре»?
— Исторически компании эти данные не считали: есть расходы и доходы, если второе больше первого, то все хорошо. Мы же начали смотреть на количество сотрудников, их производительность при росте нагрузки, скорость возврата денежных средств.
Например, на конференции «DOLG TALK СИБИРЬ 2026» говорили о кейсе нашего партнера, одной из коллекторских компаний. До цифровизации взаимодействия с приставами в работе у них было 100 тыс. исполнительных производств и четыре человека в отделе. После внедрения сервиса автоматизации компания обеспечивает сопровождение 300 тыс. исполнительных производств, что означает трехкратный рост объемов при сохранении прежней численности персонала. Такое масштабирование было бы невозможным без цифрового решения: помимо фонда оплаты труда, существенную статью расходов составляют больничные, отпуска, обучение, арендные платежи и оснащение рабочих мест.
Кроме того, компания отметила рост скорости возврата денежных средств вдвое: на рынке наблюдается тенденция к снижению затрат и росту прибыли при использовании цифровых решений.
— Качество работы приставов, по вашим оценкам, в ходе цифровизации растет?
— Документооборот ФССП с судами, взыскателями и должниками исчисляется колоссальными объемами: каждый документ требует раскрытия и внесения в систему, бумага переходит из онлайна в офлайн и наоборот. Возникают потери данных и неточности — лишние символы в ИНН, опечатки в фамилиях и именах, все это создает проблемы для всех.
С внедрением цифровых сервисов ФССП могут полностью отказаться от бумажного обмена документами. Ходатайства загружаются в систему напрямую в электронном виде, не нужно вручною оцифровывать каждый документ. Экономия времени 10–15 минут на единицу. К тому же взыскатель в цифре может получать ответы на типовые вопросы автоматически. Информация о ходе исполнительного производства доступна коллекторским организациям напрямую через выгрузку данных из базы ФССП, без участия пристава. Взыскатель видит в системе статус мероприятий, корректность данных и при необходимости может оперативно указывать приставу, на что обратить внимание.
Цифровизация упрощает работу ведомства и всех участников процесса. АИС ФССП автоматически направляет запросы в уполномоченные органы при возбуждении исполнительного производства, это ускоряет работу и освобождает сотрудников от рутины, повышая качество их работы.
— Взыскание — длительный процесс. Можно ли, на ваш взгляд, его полностью цифровизировать и автоматизировать, а где обоснованы точечные решения?
— Эффективность взыскания напрямую зависит от выбора правильной стратегии. Если должник инициирует банкротство — это один сценарий. Если должник умер — работа перестраивается на взаимодействие с наследниками. В стандартной же процедуре взыскания через ФССП действуют жесткие ограничения: один сотрудник может подать не более одного ходатайства в час. Этот лимит важно расходовать осознанно: заморозка счетов, ограничение выезда, розыск имущества.
Стратегия заключается в том, чтобы выбрать те действия, которые принесут результат при минимальном количестве запросов. Цифровизация позволяет автоматизировать такие стратегии и масштабировать успешные подходы. Однако полностью исключить «ручной режим» не получится: нетиповые кейсы, требующие участия квалифицированных специалистов, останутся всегда.
— Какие ошибки допускает бизнес при переводе взыскания в цифру?
— Многие компании, начиная самостоятельную интеграцию, ошибочно полагают, что работа с API — простая задача. Потом приходят к нам, потратив время и бюджет без результата. Либо обращаются к компаниям с заявленной компетенцией, но без реального рыночного опыта.
Работа с государственными данными — нетривиальная история. Документация регулярно обновляется, требования ужесточаются. У нас десятилетний опыт интеграции данных с госсистемами: СМЭВ, ЕСИА, Госуслуги, Цифровой профиль, Госключ. Важно, чтобы компания имела статус официального вендора API Госуслуг, что позволяет подключать потребителей напрямую. Без поддержки опытного интегратора компания столкнется с бюрократической волокитой, сбор бесчисленных документов и, как следствие, новыми издержками без гарантии результата.
— Как решается вопрос с подключением к госсервисам, с персональными данными?
— На рынке есть разные модели. Мы, например, предоставляем облачное решение — клиент получает доступ к готовому личному кабинету и сразу начинает работать, без затрат на запуск. Как оператор персональных данных, мы проходим все необходимые проверки соответствия госстандартам.
В прошлом году штрафы за утечки существенно выросли, и теперь инфобез становится критической статьей расходов для бизнеса: утечка может стоить миллионов, а с введением оборотных штрафов регулирование ужесточилось еще сильнее. Безопасность закладывается на этапе разработки ПО, формирования архитектуры и подкрепляется корректной документацией: согласия, поручения и т.д. Для подтверждения надежности мы регулярно проводим самоаудит, внешний аудит и тестирование на проникновение.
— Какие кейсы, реализованные «Агредатором» за прошлый год вы считаете наиболее интересными и почему?
— Приведу три примера из разных отраслей. Микрокредитная компания «А ДЕНЬГИ» на старте нашего сотрудничества имела портфель 200 тыс. исполнительных производств и ежемесячно формировала около 5 тыс. запросов. После внедрения сервиса ежемесячные расходы удалось снизить на 3,6 млн руб, при росте чистых сборов на 8,5 млн руб.
Коллекторское агентство «Защита Онлайн» работает как по агентской схеме, так и приобретает пакеты на цессионном рынке. Интеграция с API Единого портала Госуслуг посредством нашего решения позволила им напрямую взаимодействовать с ФССП. Совместно мы добились значительного сокращения срока обработки одного исполпроизводства, вдвое сократились сроки получения ответов от ФССП, у клиента появилась информация об ограничениях и арестах для принятия решений по должникам.
В случае с ресурсоснабжающими компаниями должниками являются как физлица, так и юрлица, что изменяет структуру взыскания, там более долгие процессы. Но выгоды те же — сокращение сроков взыскания, времени на обработку документов, затрат на персонал. Легитимные данные в системе ФССП и автоматическое их обновление — это снижение риска ошибок, если, например, отправили не то письмо и не туда. Кроме этого, сотрудникам не приходится тратить время сотрудников на поездки к приставам, пробки и просиживание в очередях на прием.
— Какие системные проблемы во взыскании долгов в России вы видите, и как, на ваш взгляд, они должны быть решены? Какие законодательные новации в отношении цифровых продуктов могут ограничить емкость рынка или наоборот, придать ему импульс?
— Как мы видим, затраты на взыскание растут, при этом долговая нагрузка не снижается. Объем задолженности увеличивается быстрее, чем год назад. Регуляторных новаций тоже становится больше. Самозапрет на кредиты и ужесточение макропруденциальных лимитов — правильные меры для финансовой безопасности, они повышают качество заемщиков.
В сфере взыскания требования ужесточаются: обязательная маркировка звонков, лимиты на обзвоны и SMS. Дойти до должника становится сложнее и дороже. Сейчас доступны уведомления через Госуслуги, но с согласия пользователя. Полагаем, что в будущем данный функционал должен быть включен по умолчанию для всех, чтобы приходило стандартное по форме сообщение о наличии долга. Это будет верное с точки зрения финансовой грамотности граждан решение.
Мы уже тестируем новые интеграции с госсистемами для обогащения данными о должниках. Скоро можно будет в одном окне мгновенно получать полную информацию о физлице и точнее прогнозировать возврат.
Долги будут, рынок остается. Выживут компании, которые готовы оперативно реагировать на изменения, адаптировать стратегии и внедрять цифровые инструменты.
